Командовал Черниговским пехотным полком подполковник Густав Иванович Гебель, участник войн антинаполеоновских коалиций 1805-1807 гг. – всех ключевых битв Отечественной войны.
Военкоры сообщили об уничтожении подполковника ВСУ
Владелец сайта предпочёл скрыть описание страницы. Впоследствии подполковнику Гебелю, чьи раны оказались не опасны для жизни, удалось спастись. «Когда они явились, подполковник Гебель спросил у них, между разговорами, знают ли они причину требования в штаб? Подполковник Народной милиции ЛНР в отставке Андрей Марочко полагает, что ВСУ "могут оказаться в реальном окружении".
На фасаде школы №33 открыли мемориальную доску гвардии подполковнику Виталию Слабцову
Никакого плана у восставших не было. После нескольких дней хаотичных блужданий по населенным пунктам между Белой Церковью, Фастовым и Житомиром восстание было разгромлено. Собственно, Черниговский полк даже не сопротивлялся. Сергей Муравьев-Апостол был тяжело ранен. Большинство солдат полка были наказаны — подвергнуты телесным наказаниям и отправлены в части на Кавказ.
Муравьев-Апостол был числе пяти декабристов, приговоренных к смертной казни. По легенде, французская гадалка предсказала Муравьеву-Апостолу, что его повесят. Он не поверил, возразив, что в России дворян не вешают. В ответ гадалка якобы сказала, что для него император сделает исключение.
Читайте также:.
С 1,3 трлн долларов в 2013 году показатель упал до 700 млрд. Российские вложения в бумаги США сократились до минимума незадолго до того, как Запад ввел антироссийские санкции.
История может повториться: Пекин точно так же избавляется от американских облигаций, словно готовиться к чему-то.
По желанию императора Николая I Г. Владимира 3-й ст. В 1828 г. Произведенный в генерал-майоры, Г. Один из участников возмущения Черниговского полка, M. Муравьев-Апостол, в своих воспоминаниях относится отрицательно к личности Г.
По словам же сына Г.
Ребятам предстоит и третий этап — служебный биатлон. Его проводят в Пензе уже 20 лет, но школьники примут участие впервые. Большое спасибо за вашу помощь. Мы исправим это в ближайшее время!
Сумбур вместо гвардии: еще одно архивное расследование
Телеграм-канал @news_1tv. Командует подразделением подполковник Евгений Родин, сообщили в пресс-службе СК. В Тюменской области подполковник внутренней службы УФСИН предпринимал некоторое количество попыток с целью уклониться от исполнения своих должностных обязанностей. Гебель потребовала вызвать скорую, но в прокуратуре отказались это сделать.
Черниговская восьмёрка
Впоследствии подполковнику Гебелю, чьи раны оказались не опасны для жизни, удалось спастись. Режиссер: Андрей Кравчук. В ролях: Леонид Бичевин, Максим Матвеев, Павел Прилучный и др. Продюсер: Анатолий Максимов, Константин Эрнст, Михаэль Шлихт и др. «Когда они явились, подполковник Гебель спросил у них, между разговорами, знают ли они причину требования в штаб? Впоследствии подполковнику Гебелю, чьи раны оказались не опасны для жизни, удалось спастись.
195 лет назад было подавлено второе восстание декабристов
Кололи ли декабристы штыком командира Черниговского полка В 1913 году в журнале «Современник» был опубликован рассказ от лица Сергея Муравьева-Апостола «о возмущении Черниговского полка», составленный на основе его ответов, данных следственной комиссии. Лидер Южного общества указывал, что «впервые услыхал о происшествии 14 декабря в Петербурге», находясь в Житомире — туда он отправился, чтобы выхлопотать отпуск своему ближайшему другу и соратнику Бестужеву-Рюмину. Получив подтверждение о восстании от корпусного командира, подполковник вместе со своим братом Матвеем выехал в село Трилесы, где собирался скрыться от вероятных поисков. Он не ошибся: прибывшие из Петербурга жандармы поручили командиру Черниговского полка Густаву Гебелю арестовать братьев Муравьевых. Тот побывал в Житомире и объехал несколько населенных пунктов, прежде чем обнаружить своего батальонного командира в Трилесах. Кузьмин подошел к брату и опросил его, что делать, на что брат отвечал ему: «Ничего». А я на таковой же вопрос Кузьмина отвечал: «Избавить нас». Вскоре после краткого сего разговора услышал я шум в передней комнате, и первое мое движение было выбить окно и выскочить на улицу, чтобы скрыться: часовой, стоявший у окна сего, преклонив на меня штык, хотел было воспрепятствовать в том, но я закричал на него и вырвал у него ружье из рук. В это время налево от квартиры увидел я Гебеля, борющегося с Кузьминым и Щепилло, и, подъехав туда, после первой минуты изумления, произведенного сим зрелищем, вскричал я: «Полно же, господа», но тут подполковник Гебель, освободившись и нашед на дороге сани, сел в оныя, чтобы уехать, и мы побежали было, чтобы воротить его, дабы он заблаговременно не дал знать о сем происшествии, что Сухинов, сев верхом, и исполнил». Муравьев-Апостол умолчал о том, что его единомышленники нанесли Гебелю 14 штыковых ран и сломали правую руку. При этом офицеры, скорее всего, не хотели убивать своего командира, а имели намерение лишь не выпустить его из села.
Подполковнику все же удалось бежать в Киев. Залечивая раны, он прямо с кровати надиктовал описание случившегося для императора Николая I. Вскоре его за отличие по службе произвели в полковники и наградили. Впрочем, старший брат лидера южных декабристов Матвей Муравьев-Апостол, позднее приговоренный к каторге, которую Николай I заменил на ссылку, в своих воспоминаниях утверждал, что Гебеля максимум избили, но никак не ранили. Не поручусь в том, чтоб его не ударили ружейным прикладом. При таких ранах, о которых говорится в донесениях, Гебель не мог бы немедленно возвратиться в Васильков. Гебель за свое усердие и распорядительность был назначен вторым киевским комендантом. Несмотря на то, можно безошибочно сказать, что, будь на месте Гебеля командиром Черниговского полка человек, заслуживающий уважения своих подчиненных и более разумный, не было бы ни возмущения, ни восстания», — считал старший из братьев-декабристов. В свою очередь, средний брат, Сергей, заявил на допросе, что именно инцидент с подполковником Гебелем окончательно подтолкнул его к началу восстания. Видев ответственность, к коей подвергли себя за меня четыре сии офицера, я положил, не отлагая времени, начать возмущение; и, отдав поручику Кузьмину приказание собрать пятую роту и идти на Ковалевку, сам поехал туда вперед для сбора второй гренадерской роты», — признавал он.
В чине подполковника он был командиром Черниговского 29-го пехотного полка и 25 декабря 1825 года получил предписание арестовать батальонного командира того же полка подполковника Сергея Ивановича Муравьева-Апостола и его брата Матвея. Муравьевых в Василькове не оказалось, и Гебелю пришлось проехать в Житомир и другие местечки, пока в ночь на 29 декабря он не настиг их в селе Трилесье, месте стоянки одной из рот полка [2]. При исполнении предписания единомышленники Муравьевых-Апостолов среди которых были офицеры полка Кузьмин , Соловьёв, Сухинов и Щепилло напали на Гебеля и нанесли ему 14 штыковых ран в разные части тела и сломали правую руку. Последствием неудавшегося ареста был известный бунт в Черниговском полку [2]. Солдаты полка в расправе над полковником участия не принимали, а оставались только зрителями. Полковнику Гебелю с помощью рядового 5-й роты Максима Иванова удалось спастись от декабристов [3]. Израненный Гебель был доставлен в город Киев , где долго восстанавливался.
В 1828 году он был назначен вторым комендантом в Киев [2].
Во время наступления российских войск на стратегически важную высоту он грамотно командовал подразделениями. Под его личным руководством мотострелковый полк уничтожил два вражеских танка, две БМП, множество противотанковых комплексов, два артиллерийских корректировщика и около 50 националистов.
Когда российские войска заняли высоту, Жумабаев организовал надежную оборону занятых позиций. Наши бойцы отразили пять атак противника и, невзирая на минометный огонь националистов, нанесли контрудар.
Он рассказал, что уже чувствует себя хорошо и продолжит общественную работу, но примет некоторые меры безопасности. По словам экс-полковника, в СБУ сейчас «сыплются взыскания» из-за того, что атака в итоге провалилась. По его мнению, к ней могут быть причастны и западные спецслужбы.
Союз Спасения. Время гнева - трейлеры к сериалу
- Telegram: Contact @mobilizationnews
- Экс-подполковник СБУ рассказал о диверсионных ячейках Киева в России
- ГОСУДАРСТВЕННАЯ ФЕЛЬДЪЕГЕРСКАЯ СЛУЖБА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ (ГФС России)
- Посмотрели с Лю последнюю серию...: vasilisk_ — LiveJournal
- Странное восстание: как декабристы обманули солдат Черниговского полка
Российский сериал Союз Спасения. Время гнева (2022) - актеры и роли
Вот некоторые из них. В 1818 году в Иркутске на место скончавшегося архиепископа Михаила святейший Синод назначил пензенского архиепископа Иеренея. По прошествии некоторого времени за проступки, порочившие монашеский сан, он должен был быть «разжалован» до чина простого дьячка и отправлен под конвоем в Прилуцкий монастырь в Вологодской губернии. Произвести арест Иеренея было поручено жандармскому полковнику Брянчанинову, флигель-адъютанту Гогелю и офицеру Фельдъегерского корпуса капитану Иностранцеву. Все они в сопровождении генерал-губернатора Иркутска Лавинского рано утром пришли в дом Иеренея. После того, как генерал-губернатор представил ему вышеназванных гостей, флигель-адъютант подал архиепископу запечатанный рескрипт государя, в котором говорилось о взятии архиепископа Иеренея под арест и высылке его в Прилуцкий монастырь. Сидя в кресле не вставая даже в присутствии генерал-губернатора и судорожно ломая сургучную печать на уже вскрытом конверте царского указа, Иереней, пристально окинув тяжелым взглядом незваных гостей, обратился к Иностранцеву с вопросом: «А ты кто такой? Иереней непритворно рассмеялся: «А почему у тебя черное перо на шляпе? И, не меняя грозного тона в голосе, потребовал оставить его в покое. После всего сказанного Брянчанинов подошел к Иеренею и что-то шепнул ему на ухо.
Неожиданно для всех повелительное выражение лица архиепископа сменилось на покорное и смиренное, а сам Иереней, встав с кресла, поцеловал подпись государя на рескрипте и, сложив руки на груди, безоговорочно покорился власти. Что же на самом деле произошло с султаном капитана Иностранцева, на который обратил внимание один лишь Иереней? Направляясь с высочайшим повелением в Иркутск, и заготовляя на одной из станций лошадей, Иностранцев потерял свой белый султан; в Иркутске, куда он прибыл, кавалерийских частей не было и горе-фельдъегерю пришлось одолжить черный султан у армейского офицера. Обращает на себя внимание тот факт, что в столь отдаленном от столицы городе, простой архиепископ был более осведомлен о правилах ношения форменной одежды императорских курьеров в отличие от тех лиц, кто по долгу службы своему сам был облачен в нее. Как мы видим, в самые, казалось бы, нелепые ситуации попадали и фельдъегеря. Выполняя особые задания как Следственного комитета, так и Государя, они чины Фельдъегерского корпуса не могли представить себе, что любой их визит к подследственному лицу мог быть не только рискованным, но и оказаться роковым. Декабрьские события 1825 года явились тому подтверждением. Во Второй армии несколько ее офицеров во главе с полковником, командиром Ахтырского гусарского полка А. Муравьевым и подполковником Черниговского полка С.
Муравьевым-Апостолом, предприняли попытку поднять бунт. Они освободили закованных каторжных колодников, содержавшихся в Васильковской городской тюрьме, и разграбили полковую казну. Чтобы пресечь смуту, последовал приказ арестовать мятежников. Для этой цели из Петербурга во Вторую армию были посланы фельдъегерь и жандармы. Первоначально произвести арест попытался полковой командир подполковник Гебель. Со слов военного историка А. Михайловского-Данилевского, Муравьев-Апостол вместе с пятью младшими офицерскими чинами, жестоко избив своего командира, нанес ему несколько тяжелых ран, после чего продолжил свое бесчинство сноска: полковник Гебель Густав Иванович получил 14 штыковых ран: 4 в голову, 1 в угол левого глаза, 1 в грудь, 1 в левое плечо, 3 в живот и 4 на спине. Кроме того, Гебель получил перелом кости правой руки. Прибывший с высочайшим повелением в Черниговский полк фельдъегерь потребовал у Муравьева-Апостола сдаться на милость представителю власти, но мятежник не только не выполнил требование императорского курьера, но и арестовал!
Можно только себе представить реакцию Его Величества на произошедшее. В данном случае не помог фельдъегерю и иммунитет, которым обладали все без исключения чины Фельдъегерского корпуса. Другой эпизод, который можно было отнести в разряд курьезных случаев, красноречиво говорит о том, как одна неосторожно сказанная должностным лицом фраза могла бы кардинальным образом отразиться на его дальнейшей судьбе. Те же фельдъегеря, хранители государственных тайн, в любых, порой самых непредсказуемых ситуациях, должны, просто обязаны были проявлять скромность и воздержание от излишних разговоров. Вошедший на престол Николай I и его ближайшее окружение с нетерпением ждали вестей с Кавказа, где Командующий кавказской армией А. Ермолов должен был присягнуть на верность Российскому императору. Несколько раз в день государь и императрица посылали осведомляться о приезде фельдъегеря, который должен был привезти присяжный лист Верховного наместника Кавказа. Вскоре прибыл нетерпеливо ожидаемый фельдъегерь с долгожданным документом; императрица, узнав о том, перекрестилась от удовольствия. Государь стал готовить благодарственное письмо Ермолову за принесенную присягу.
Фельдъегерь же, получив время на краткосрочный отдых, был зван в Петербургское Общество, где не преминул стать объектом многочисленных расспросов; все любопытствовали знать подробности о присяге Командующего кавказской армией. Выведенный из терпения частыми вопросами, он имел неосторожность сказать. В награду за это изречение императорский курьер, в назидание другим чинам Фельдъегерского корпуса, совершил путешествие в Якутск. Завершение процесса по делу петрашевцев явилось последним крупным делом в послужном списке Фельдъегерского корпуса, когда его чины еще какое-то время привлекались к сопровождению политических заключенных в сибирские остроги. Со временем такая необходимость отпала, фельдъегеря вернулись к выполнению своих первоначальных функций, а их нелегкая изнуряющая служба прошлых лет еще довольно продолжительное время являлась достоянием лишь царских архивов. Парадокс заключался в первую очередь в том, что «безызвестные» [6], по прошествии некоторого времени стали обретать не только известность, но и популярность в народе. Более того, им были возвращены их имена, которые так ревностно пытались скрыть под грифом секретности судебные чиновники. Их «беспримерный подвиг» был увековечен в бронзе и мраморе, в то время как фельдъегерям, причастным к событиям тех лет и служившим Верой и Правдой Государю и Отечеству, суждено было уйти в забвение. И каждый из них, уходя из жизни, оставлял своим потомкам не только пожелтевшие страницы домашних архивов, но и память о безвозвратно прожитых годах, тесно вплетенную в славную историю Государства Российского.
Примечания: 1— Следует уточнить, что к фельдъегерям, получившим приказ произвести арест того или иного лица, назначался один или несколько жандармов, которые ему непосредственно подчинялись. А если возникала необходимость отправить осужденного по этапу, то в качестве сопровождающего выступал фельдъегерь старший, он же вез сопроводительные документы на арестанта , а в качестве конвоя — жандармы. Жандармы были либо из Санкт-Петербургского жандармского дивизиона, либо состояли в гвардейском жандармском полуэскадроне. Такой своеобразный тандем позволил российским историкам довольно продолжительное время считать функции фельдъегерей — полицейско-жандармскими. Поручение Ермолова было исполнено: оставив в дорожном чемодане одну лишь толстую тетрадь с рукописью «Горе от ума», Разсветаев с камердиниром Грибоедова Алексашей сожгли все документы, которые могли бы заинтересовать Следственный комитет. Пушкина — Михайловским. Пушкина с Осиповой связывали тесные, дружеские отношения. Более того, он был влюблен в одну из дочерей Осиповой. Униформа чинов фельдъегерского корпуса на период правления Николая I В 1826 году произошел ряд изменений в регламенте униформы чинов фельдъегерского корпуса, а именно: вместо бывших у них двубортных мундиров появились однобортные с девятью пуговицами.
Воротник вместо красного был установлен темно-зеленый с красною выпушкою. Такая же выпушка была и на фалдах; красные же обшлага и темно-серые рейтузы остались прежними, но они вместо лампас имели уже лишь одни красные канты; сапоги были короткие с прибивными шпорами. Воротники и обшлага сюртуков установлены были темно-зелеными с красною выпушкою; такую же выпушку имел серый воротник шинели. Шляпа была с белым султаном и шпага кавалерийского образца. В дороге офицеры и нижние чины должны были быть при сабле на черной портупее и в темно-зеленой фуражке с таким же околышем. Канты на фуражке были красные: у офицеров — по верхнему и нижнему краям околыша и по верхнему корпусу тульи, а у фельдъегерей только по краям околыша. В 1827 году для различия чинов офицеры стали иметь на эполетах кованные серебряные звездочки.
По делу Юшенкова произведен обыск на квартире у бывшей жительницы Челябинска Анны Гебель По сообщению "Эха Москвы", одна из задержанных — знакомая сына убитого - Алексея. Ее зовут Анна Гебель. Как сообщил сын убитого депутата в эфире радиостанции "Эхо Москвы", "к Анне Гебель пришли с обыском по делу убийства моего отца, хотя Анна Гебель не знала его лично, так же как не знала лично и депутата Владимира Головлева - она была знакома только с его помощником.
По словам Алексея Юшенкова, для ареста прибыли люди с собакой, натасканной на наркотики.
Естественно, на длительный поход этих денег хватить не могло, и пришлось немедленно изыскивать дополнительные средства. Самым простым способом пополнения казны оказалась продажа полкового провианта.
Муравьев-Апостол «приказал вытребовать из Васильковского провиантского магазина на январь месяц сего года провиант и продать оный». Кроме того, деньги постарались получить с местных коммерсантов, полковых поставщиков. Согласно показаниям одного из таких поставщиков, купца Аврума Лейба Эппельбойма, его силой привели к подполковнику, который «грозил ему, Авруму Лейбе, не шутить с ним».
Присутствовавший при разговоре поручик Щепилло присовокупил, что поставщик «будет застрелен, если не даст денег». Перепуганный коммерсант деньги достал, одолжив их в местной питейной конторе. Сумма составила 250 рублей серебром около тысячи рублей ассигнациями.
От тысячи до полутора тысяч рублей по разным свидетельствам принес Муравьеву прапорщик Александр Мозалевский, командир караула на Васильковской заставе. Деньги эти были отобраны у пытавшихся въехать в город двух жандармских офицеров — тех самых Несмеянова и Скокова, которые 25 декабря привезли Гебелю приказ об аресте Муравьевых-Апостолов. Через сутки после ареста жандармы были отпущены по личному приказу Сергея Муравьева.
Однако деньги им, естественно, не вернули. Трудно сказать, каким образом Муравьев-Апостол собирался тратить полученные деньги — мизерную сумму, если иметь в виду поход мятежного полка на столицы. Однако логика мятежа подсказала основную «статью расхода» — подкуп нижних чинов.
После истории с полковым командиром у Муравьева больше не было законных оснований для командования солдатами. Оставалось надеяться на их «доброе отношение» и на силу денег. Уже 29 декабря унтер-офицер Григорьев получил от своего батальонного командира 25 рублей за помощь в побеге из-под ареста.
В последующие дни восстания и сам руководитель мятежа, и его офицеры активно раздавали деньги солдатам — в этом на следствии они сами неоднократно признавались. И если раньше, до восстания, раздача денег солдатам могла быть оправданна желанием облегчить их тяжелую жизнь, то теперь речь могла идти только о покупке их лояльности. Солдаты брали деньги очень охотно.
Именно на эти цели ушли все «экспроприированные» у жандармов суммы. И в глазах солдат Муравьев-Апостол быстро превратился из обличенного официальной властью командира в атамана разбойничьей шайки. Раньше его приказам они обязаны были подчиняться под угрозой наказания.
Теперь же за исполнение приказа подполковник стал платить — а значит, этим приказам можно было и не подчиняться. В тот же день, 30 декабря, нижние чины уже настолько осмелели, что стали приходить на квартиру батальонного командира «в пьяном виде и в большом беспорядке». По свидетельству одного из случайно оказавшихся в Василькове офицеров, солдаты просили у Муравьева «позволения пограбить, но подполковник оное запретил»[400].
В Василькове руководитель мятежа понял, что не знает, куда вести свое войско. На следствии Муравьев-Апостол покажет: «Из Василькова я мог действовать трояким образом: 1 идти на Киев, 2 идти на Белую Церковь, и 3 двинуться поспешнее к Житомиру»[401]. В Белой Церкви был расквартирован 17-й егерский полк, в котором служил член Южного общества подпоручик Александр Вадковский, брат Федора Вадковского.
Вадковкий приехал 30 декабря в Васильков, увиделся с Муравьевым и пообещал содействие. В Житомире же и около него служили многие члены Общества соединенных славян. По приказу руководителя восстания полковой священник прочел перед полком «Православный катехизис» — совместное сочинение самого Сергея Муравьева и Бестужева-Рюмина.
Развивая щеголевские идеи в соответствии с собственной философской концепцией, Дмитрий Мережковский считал «Катехизис» попыткой обоснования нового религиозно-общественного порядка, «абсолютно противоположного всякому порядку государственному», провозглашением строительства «Царства Божия на Земле». Отсюда — всего лишь шаг до красивой концепции Натана Эйдельмана, соотнесшего фразу «Катехизиса» о «глаголящем во имя Господне», за которым должно последовать «русское воинство», с личностью и фамилией самого лидера черниговцев. Агитационный текст оказался у Эйдельмана едва ли не «последним откровением» «Апостола Сергея»[402].
Конечно, этот документ не был обманом в бытовом смысле слова: Сергей Муравьев, глубоко верующий человек, много размышлял о соотношении революции и религии. Однако вряд ли «Катехизис» мог преследовать цель изложить восставшим солдатам итоги этих размышлений. Горбачевский утверждал, что «действовать на русских солдат религиею» Муравьев-Апостол решил задолго до восстания.
Мемуарист описал разговор в Лещинском лагере, который Муравьев вел с «соединенными славянами»: «— Некоторые главы, — продолжал он, — содержат прямые запрещения от бога избирать царей и повиноваться им. Если русский солдат узнает сие повеление божие, то, не колеблясь ни мало, согласится поднять оружие против своего государя». Горбачевский, участвовавший в разговоре, склонялся к откровенному рассказу нижним чинам о цели будущей революции — поскольку «между нашими солдатами можно более найти вольнодумцев, нежели фанатиков».
Кроме того, если солдату начать доказывать «Ветхим Заветом, что не надобно царя, то, с другой стороны, ему с малолетства твердят и будут доказывать Новым Заветом, что идти против царя — значит идти против бога и религии, и — наконец — что никто не захочет входить в теологические споры с солдатами, которые совсем не в том положении, чтобы их понимать, и не те отношения между ними и офицерами». Муравьев, — простой народ добр, он никогда не рассуждает, и потому он должен быть орудием для достижения цели. Говоря сие, он вынул из ящика исписанный лист бумаги и, подавая его Горбачевскому о себе Горбачевский писал в мемуарах в третьем лице.
Горбачевский молча взял бумагу из рук Муравьева, пробежал ее глазами и увидел, что это — период той главы из Ветхого Завета, где описывается избрание израильтянами царя Саула»[404]. Формально «Катехизис» построен на библейских текстах, однако их выбор и интерпретация позволяют без труда понять вполне мирской смысл этого документа. По-видимому, составляя «Катехизис», его авторы действительно видели солдат «орудием» для достижения собственных целей.
Доказывая библейскими цитатами, что цари «прокляты яко притеснители народа», Муравьев и Бестужев опираются в основном на восьмую главу Книги Царств, в которой господь гневается на израильтян, просящих у него царя: «… собрашася люди Израилевы и приидоша к Самуилу и рекоша ему: ныне постави над нами Царя, да судит ны; и бысть лукав глагол сей пред очима Самуиловыма, и помолился Самуил к Господу, и рече Господь Самуилу: послушай ныне гласа людей, якоже глаголят тебе, яко не тебе уничижища, но мене уничижища, яже не царствовати ми над ними, но возвестиша им правду цареву. И рече Самуил вся словеса господня к людям, просящим от него Царя, и глагола им: Сие будет Правда Царева: Сыны ваши возьмет, и дщери ваши возьмет, и земли ваши одесятствует, и вы будете ему рабы и возопиете в день он от лица Царя вашего, его же избрасте себе и не услышит вас Господь в день он, яко вы сами избрасте себе Царя… Итак, избрание Царей противно воле Божией, яко един наш Царь должен быть Иисус Христос». Нетрудно заметить, что авторы «Катехизиса» цитируют Библию весьма свободно: из текста выбрасываются «лишние», не относящиеся к делу слова.
Не упоминается, например, о причинах внезапного желания народа израильского поставить над собой царя: «… Когда же состарился Самуил, то поставил сыновей своих судьями над Израилем… Но сыновья его не ходили путями его, а уклонились в корысть и брали подарки, и судили превратно. И собрались все старейшины Израиля, и пришли к Самуилу в Раму, и сказали ему: вот, ты состарился, а сыновья твои не ходят путями твоими, итак, поставь над нами царя, чтобы он судил нас, как у прочих народов» 1 Царств. Ничего не говорится и о том, что, несмотря на свой гнев, Господь все же «избирает» в цари крестьянина Саула, а пророк Самуил «помазывает» его на царство.
Когда же Саул нарушает божественную волю, пророк произносит слова, убийственные для авторов «Катехизиса»: «… Послушание лучше жертвы и повиновение лучше тука овнов, ибо непокорность есть такой же грех, что волшебство, и противление то же, что идолопоклонство» 1 Царств. Естественно, Муравьев и Бестужев-Рюмин прекрасно знали все это. Муравьев и Бестужев переделывали библейский текст, ставя перед собой вполне рациональную задачу: сделать не затронутых заговором солдат союзниками, оправдать в их глазах собственное поведение и доказать свое право по-прежнему командовать ими.
Если проанализировать этот документ в целом, то можно заметить, что он посвящен отнюдь не выяснению вопросов веры. Под маской религиозного произведения здесь скрывается вполне «мирское» содержание. Одесский и Д.
Фельдман справедливо отмечают: в таком государстве «монарх — сакрализован. Он почитается особой священной, его право повелевать — богоданно»[405]. Государь повелевает народами «от имени» бога, и любой офицер является нижних чинов командиром лишь постольку, поскольку сам выполняет волю бога и государя.
Главная задача «Катехизиса» как раз и состояла в том, чтобы сломать укоренившуюся в солдатском сознании устойчивую вертикаль бог — царь — офицер, убрать из нее второй элемент. Следовало доказать, что «с законом Божием» сходно то правление, «где нет царей». Выполнив эту задачу, заговорщики смогли бы полностью обосновать свое право на власть в отсутствии царя.
А значит, дисциплина в полку бы сохранена. Без этого запланированная Васильковской управой военная революция превращалась в обыкновенный солдатский бунт. Но цели своей текст Муравьева и Бестужева не достиг.
Нижние чины едва ли могли слышать читанное», — показывал на следствии «образованный» солдат, разжалованный из офицеров Игнатий Ракуза. Своеобразной была и реакция на «Катехизис» местных крестьян. Сергей Муравьев ошибался, считая, что сможет своим «Православным катехизисом» сделать солдат союзниками, восстановит рухнувшие во время избиения Гебеля отношения субординации.
Официально объявленную полковым священником «вольность» они поняли по-своему — как позволение безнаказанно грабить окрестные селения. Для того чтобы сохранить полк как боевую единицу, восставшие офицеры были вынуждены пустить в ход откровенную ложь. Матвей Муравьев, подтверждая множество других показаний, признавал: «Во время мятежа говорили солдатам, что вся 8-я дивизия восстала, гусарские полки и проч.
Иван Сухинов вспоминал на следствии о некоем письме на французском языке, которое читали и переводили братья Муравьевы-Апостолы, сообщавшем, «что в столице вся армия в действии». И даже за несколько часов до разгрома восстания, узнав о приближении правительственных войск, Сергей Муравьев, по словам очевидцев, убеждал подчиненных, что эти войска «следовали к ним для присоединения»[408]. Первые три дня похода офицерам удавалось сохранить в полку подобие дисциплины — поскольку ложь они поначалу могли подкрепить военной силой.
Ему вторит Иван Горбачевский: «При самом начале один рядовой, сорвавший платок с головы женщины, провожавшей его как доброго постояльца, был немедленно строго наказан при всех его товарищах». По распоряжению лидера мятежа при приближении полка «к каждой корчме» посылались унтер-офицер и двое рядовых — «с строгим приказанием ставить у дверей корчмы часовых и никого не впускать в оную»[409]. Однако солдатский бунт, начавшийся вскоре после чтения «Катехизиса», быстро похоронил все надежды на бескровную военную революцию.
Ситуация стала стремительно сдвигаться в сторону неуправляемого сценария событий. Муравьев приказал мятежным ротам покинуть город.
Александр был осуждён по статье о неявке на службу в срок без наличия на то какой-либо уважительной причины. В течение трёх последующих лет лейтенанту запаса предстоит находиться в исправительную колонию общего режима. Процесс разбирательства по уголовному делу осуществлялся в военном следственном отделе Следственного Комитета Российской Федерации по Тюменскому гарнизону. Читайте также:.
Свежие записи
- «Русские не сдаются»: Степан Белов из Башкирии удостоен звания Героя России
- «РВ»: ВС РФ ликвидировали подполковника ВСУ Гулевского - МК
- Ветерана уголовно-исполнительной системы поздравили с юбилейным днем рождения
- Подполковника Минобороны подозревают в развращении своей дочери
актеры и роли
- Что еще почитать
- Глава VIII. «Живого не возьмут…»
- История солдата
- Сергей Муравьев-Апостол - судьба декабриста
- Непогибельный Гебель: nandzed — LiveJournal
195 лет назад было подавлено второе восстание декабристов
Смотревшие фильм Союз спасения могли обратить внимание на подполковника Гебеля, которого бравые декабристы грубо и грязно затыкивают шпагами и штыками. Тем временем Муравьевых-Апостолов в этом селении настигли подполковник Гебель с жандармами. Подполковник Гебель за два года командования Черниговским полком не только не приобрел ни уважения, ни симпатии своих подчиненных офицеров, но, похоже. Разъяренный Гебель вызывает Муравьева на наказание провинившегося, тот просит его не применять порку, объясняя, что Баранов – дворянин. Командовал Черниговским пехотным полком подполковник Густав Иванович Гебель, участник войн антинаполеоновских коалиций 1805-1807 гг. – всех ключевых битв Отечественной войны. В чине подполковника он был командиром Черниговского пехотного полка и 25 декабря 1825 г. получил предписание арестовать батальонного командира того же полка подполковника С. И.
Горе-восстание.
Когда Гебель отказался не только освободить братьев Муравьёвых, но и объяснить причины их ареста, участники заговора нанесли ему четырнадцать штыковых ран. гвардейской десантно-штурмовой бригады гвардии подполковника. Подполковник Олег Ведмедь принял участие в торжественном мероприятии, посвященном Дню полного освобождения Ленинграда от фашистской блокады. Сотрудники регионального Управления ФСИН во главе с председателем ветеранской организации Мирославом Макухом поздравили с 65-летием ветерана УИС Владимира Гебеля. Спустя годы сын Гебеля напишет о конфликте, который был у отца с Муравьевым-Апостолом и другими офицерами полка.